История про писателя гомосексуалиcта Льва Толстого
             ВСЕ ИМЕЕТ ОБРАТНУЮ СТОРОНУ                     Факт - вещь упрямая!


История про писателя гомосексуалиcта Льва Толстого

В юности, Лев Толстой вел чрезвычайно интенсивную гомосексуальную жизнь, в чем постоянно каялся.

В то же время в дневнике 23-летнего Толстого (запись от 29 ноября 1851 г.) имеется прямое свидетельство сильных и абсолютно неприемлемых для него гомоэротических переживаний: "Я никогда не был влюблен в женщин. Одно сильное чувство, похожее на любовь, я испытал только, когда мне было 13 или 14 лет; но мне [не] хочется верить, чтобы это была любовь; потому что предмет была толстая горничная (правда, очень хорошенькое личико), притом же от 13 до 15 лет - время самое безалаберное для мальчика (отрочество): не знаешь, на что кинуться, и сладострастие в эту пору действует с необыкновенною силою. В мужчин я очень часто влюблялся... Для меня главный признак любви есть страх оскорбить или просто не понравиться любимому предмету, просто страх. Я влюблялся в м[ужчин], прежде чем имел понятие о возможности педрастии (sic); но и узнавши, никогда мысль о возможности соития не входила мне в голову".




Перечисляя свои детские и юношеские влюбленности в мужчин. Толстой упоминает, в частности, "необъяснимую симпатию" к Готье: "Меня кидало в жар, когда он входил в комнату... Любовь моя к И[славину] испортила для меня целые 8 м[есяцев] жизни в Петербурге]. - Хотя и бессознательно, я ни о чем др[угом] не заботился, как о том, чтобы понравиться ему... Часто, не находя тех моральных условий, которых рассудок требовал в любимом предмете, или после какой-нибудь с ним неприятности, я чувствовал к ним неприязнь; но неприязнь эта была основана на любви. К братьям я никогда не чувствовал такого рода любви. Я ревновал очень часто к женщинам".

"Красота всегда имела много влияния в выборе; впрочем, пример Д[ьякова]; но я никогда не забуду ночи, когда мы с ним ехали из Щирогова?] и мне хотелось, увернувшись под полостью, его целовать и плакать. Было в этом чувстве и сладострастие], но зачем оно сюда попало, решить невозможно; потому что, как я говорил, никогда воображение не рисовало мне любрические картины, напротив, я имею к ним страстное отвращение".

Во второй редакции "Детства" Толстой рассказывает о своей влюбленности в Ивиных (братья Мусины-Пушкины) - он часто мечтал о них, каждом в отдельности, и плакал. Писатель подчеркивает, что это была не дружба, а именно любовь, о которой он никому не рассказывал. С возрастом такие влюбленности стали возникать реже.

В "Анне Карениной" (часть вторая, гл. 19) показаны два офицера, которых Алексей Вронский и его друзья избегают, подозревая, что они состоят в связи друг с другом. "Один молоденький, с слабым, тонким лицом, недавно поступивший из Пажеского корпуса в их полк, другой пухлый, старый офицер с браслетом на руке и заплывшими маленькими глазами".

В романе "Воскресение" (1899) содержится намек против слишком терпимого отношения к гомосексуализму в Петербургском обществе (которое Толстой видел как знак деградации) и описание, как незначительного образа, правительственного чиновника, который является негласным сторонником равных прав для гомосексуалистов. История гомосексуализма в России. П.И.Чайковский Гомосексуальность Петра Ильича Чайковского (1840Ч1893), которую разделял его младший брат Модест, была лсемейной". Училище правоведения, в котором учился композитор, славилось подобными традициями, его воспитанники имели шуточный гимн о том, что секс с товарищами гораздо приятнее, чем с женщинами.

Будучи исключительно и полностью гомосексуальным, Гоголь всю свою жизнь -в первую очередь по религиозным мотивам - отрицал этот факт как для себя самого, так и для окружающих. Его повести и пьесы пронизаны страхом женитьбы и других форм сексуального контакта с мужчинами, однако эта тема окружена таким облаком символов и сюрреалистических фантазий, что его современники не смогли угадать ее присутствия. Затруднения в личной жизни Гоголя состояли в том, что он в основном влюблялся в натуральных мужчин, которые не могли ответить ему взаимностью. В письмах к друзьям Гоголь признавался, что никогда не знал женской любви и даже гордился этим, считая чувственность низменной и унизительной. На вопросы доктора Тарасенкова во время последней болезни Гоголя писатель сказал, что не имел связей с женщинами (в юности однажды посетил с друзьями бордель, но не получил удовольствия) и никогда не мастурбировал (об эротическом воображении врач не спросил).

Гоголь был исключительно- закрытым человеком, в его письмах повторяются жалобы на одиночество. Его отношения с родителями были довольно далекими, отношения с товарищами по интернату в Нежине также оставляли желать лучшего. Сохранились очень нежные письма Гоголя друзьям юности - Герасиму Высотскому и Петру Поленову. Позже Гоголь пережил род влюбленности в Николая Языкова. В Италии писателя связала тесная дружба с художником Александром Ивановым, в жизни которого не было женщин (первая большая картина Александра Иванова "Аполлон, Гиацинт и Кипарис"). Главным эмоциональным событием жизни Гоголя была взаимная дружба - любовь с 23-летним Иосифом Вьельгорским. Когда в 1838 г. Вьельгорский умирал от туберкулеза, Гоголь буквально не отходил от его постели, а затем поддерживал, тесные отношения с его матерью и сестрами, беспричинно оборвавшиеся около 1850 г. Однако нежные чувства между мужчинами в то время считались нормальными и, как и теперь, не обязательно имели гомоэротическую подоплеку.

Женские образы у Гоголя весьма условны, зато в "Тарасе Бульбе" поэтизируется мужское братство, дружба и красота мужского тела. Психоаналитики находят в произведениях Гоголя проявления не только гомоэротизма, но и многое другое. Карлинский выводит уход Гоголя в религию, мистицизм и морализм из его неспособности принять свой гомоэротизм. Послушавшись фанатика-священника Матвея Константиновского, который якобы предписал Гоголю для избавления от "внутренней скверны" воздержание от сна и пищи, писатель буквально уморил себя голодом в возрасте 43 лет. Однако эта версия не доказана и допускает прямо противоположное рассуждение, что именно глубокая религиозность Гоголя не позволяла ему принять свою сексуальность, породив депрессию и желание смерти. Уварову или Дондукову, сексуальные влечения и религиозные убеждения которых не пересекались и как бы лежали в разных плоскостях, жить было легче.

Даже скандальный случай, когда один старшеклассник летом поймал в Павловском парке младшего соученика, затащил его с помощью товарища в грот и изнасиловал, не нашел в Училище адекватной реакции. На добровольные сексуальные связи воспитанников тем более смотрели сквозь пальцы. Близкий друг, а позднее сожитель и любовник Чайковского поэт А. Н. Апухтин (1841Ч1893), равно известный за свои стихи и за свою невероятную тучность (по крайней мере еще один из любовников композитора превзошел Апухтина по дородности. У Чайковского, по-видимому, была склонность к толстякам), всю жизнь отличался этой склонностью и нисколько ее не стеснялся. Апухтинские стихи были положены на музыку несколькими композиторами, включая Чайковского, но, несмотря на их большую популярность в конце прошлого века, теперь онм кажутся сентиментальными и старомодными. В 1862 г. они вместе с Чайковским оказались замешаны в гомосексуальный скандал в ресторане "Шотан" и были, по выражению Модеста Чайковского, "обесславлены на весь город под названием бугров".

После этого композитор стал осторожнее. Желая подавить свою "несчастную склонность" и связанные с нею слухи, Чайковский женился, но его брак, как и предвидели друзья композитора, закончился катастрофой, после чего он уже не пытался иметь физическую близость с женщиной. лЯ знаю теперь по опыту, что значит мне переламывать себя и идти против своей натуры, какая бы она ни была". "Только теперь, особенно после истории с женитьбой, я наконец начинаю понимать, что ничего нет бесплоднее, как хотеть быть не тем, чем я есть по своей природе".

В отличие от Апухтина, Чайковский стеснялся своей гомосексуальности, и вообще о его интимной жизни известно мало (об этом позаботились родственники и цензура). Однако мнение, что он всю жизнь мучился этой проблемой и что гомосексуальность в конечном итоге довела его до самоубийства, не выдерживает критической проверки. При всех трудностях своей жизни, которые лишь отчасти были связаны с его сексуальностью, Петр Ильич был жизнерадостным и имеете с тем религиозным человеком, идея самоубийства была ему глубоко чужда.

Романтический миф о самоубийстве композитора по приговору суда чести его бывших соучеников за то, что он якобы соблазнил какого-то очень знатного мальчика, чуть ли не члена императорской семьи, дядя которого пожаловался царю, несостоятельна во всех своих элементах. Во-первых, исследователи не нашли подходящего мальчика. Во-вторых, если бы даже такой скандал возник, его бы непременно замяли, Чайковский был слишком знаменит и любим при дворе. В-третьих, кто-кто, а уж бывшие правоведы никак не могли быть судьями в подобном вопросе. В-четвертых, детально известные обстоятельства последних дней жизни Чайковского восстают против этой версии. В-пятых, сама она возникла сравнительно поздно и не в среде близких композитору людей. Как ни соблазнительно считать его очередной жертвой самодержавия и "мнений света", Чайковский все-таки умер от холеры.

В рассказах и пьесах Антона Павловича Чехова сексуальная проблематика подается откровенно, что позволило взломать лед викторианских запретов, игравших большую роль у его предшественников. Но Чехов вырос во времена, когда менее привычные формы сексуальности почти исчезли из социального поля зрения. Во всем литературном и эпистолярном наследии Чехова отсутствуют какие-либо намеки на гомосексуальность. Должно быть, он был в курсе близких отношений Анны Евреиновой и ее любовницы Марии Федоровой, поскольку в заключении своих писем Евреиновой он обычно посылал привет Федоровой. Однако имеется достоверная информация о том, что Чехов выражал крайнее недоумение по поводу того, как Алексей Апухтин, никогда не имевший отношений с женщинами, мог так убедительно писать стихи о любви и страсти.

Об амбивалентности русского характера как наследии душевной жизни первобытного человека, сохранившейся у русских лучше и в более доступном сознанию виде, чем у других народов, писал Фрейд, обнаруживший скрытую и оттого еще более мучительную бисексуальность у Достоевского. Весь смысл психоанализа своего русского пациента Панкеева (лИз истории одного детского невроза") Фрейд видел в том, чтобы открыть ему его бессознательное влечение к мужчине. В "Неточке Незвановой" Достоевский изобразил лесбийский роман двух девушек-подростков, а в "Записках из мертвого дома" более завуалированно описал гомосексуализм среди каторжников.

В атмосфере реформ Александра II гомосексуализм стал более открытым как в жизни русского общества, так и в литературе. Знаменитостью в 1870-80 гг. во всем мире был исследователь и натуралист Николай Пржевальский (1839-1888). Написанная Дональдом Рэйфильдом биография Пржевальского свидетельствует о том, что в каждую его экспедицию включался компаньон-любовник в возрасте от 16 до 22 лет. Известность ученого была столь велика, что каждого нового любовника он мог представлять властям как незаменимого личного ассистента, необходимого в запланированной экспедиции.

Известной фигурой второй половины 19 века была Анна Евреинова - первая русская женщина, получившая ученую степень доктора права. Для получения этой степени ей пришлось поехать на учебу в Лейпциг, поскольку в то время в российские университеты женщины не допускались. Помимо карьеры в области права, Евреинова основала и была издателем "Северного вестника" - одного из самых изысканных литературных журналов 1880-х годов, который она выпускала совместно со своей любовницей-компаньонкой Марией Федоровой. Журнал Евреиновой был первым серьезным изданием, в котором появились наиболее известные повести Антона Павловича Чехова. Широкая либеральная направленность "Северного вестника" позволила ему оказать поддержку неопытным писателям нарождавшегося символистского движения.

К середине 90-х годов 19 века в русской интеллектуальной жизни новой реальностью стали отрицание как традиционной почтительности к царскому режиму, так и жестокого авторитаризма и пуританства, свойственных революционному движению ранее. Эта новая идеология обнаруживает себя в произведениях основателей русского символизма: Николая Минского (1855-1937), поэта и драматурга, интересовавшегося лесбийской суб - культурой, чья пьеса "Альма" (1900) (главная героиня которой - лесбиянка) до сих пор остается потрясяюще раскрепощенным исследованием подваленности женской сексуальной сферы в обществе с доминирующим мужским началом, прозаика и поэта Федора Сологуба (1863-1927) и прозаика, драматурга, критика Дмитрия Мережковского (1860-1941) - оба они в своих произведениях без осуждения писали об альтернативных формах сексуальности.



ВСЕ ИМЕЕТ ОБРАТНУЮ СТОРОНУ      НА ГЛАВНУЮ